Литературное
Кстово


Центр писателей Нижегородского края    


ГЛАВНАЯ


АВТОРЫ:

Кстовчане:

      Алена КАЛИНИНА Стихи

      Александр ЗИМИН Стихи

      Алла ПРИЦ Стихи

      Жанна ПЕСТОВА Разное

      Маргарита ШУВАЛОВА Стихи

      Николай ДЕНИСОВ Разное

      Нина ЛУГБОРСКАЯ Стихи

      Олег ЗАХАРОВ Стихи

      Сергей МЕТНЕВ Стихи

      София ИВАНОВА Стихи

      Станислав КОЗЛОВ Стихи

      Юрий КУДРИЦКИЙ Стихи

Нижегородцы:

      Марина КУЛАКОВА Стихи

      Татьяна КОРМИЛИЦЫНА Стихи

      Светлана ЛЕОНТЬЕВА Стихи


Cсылки


Гостевая


Почта

      lit-kstovo@yandex.ru

Вверх

Владимир РЕШЕТНИКОВ

Фото Владимир РЕШЕТНИКОВ


          (Здесь - сильная поэма Владимира РЕШЕТНИКОВА "Красный лед").


    Владимир РЕШЕТНИКОВ родился 17 апреля 1971 года в пос.Сухобезводное Семёновского района Горьковской (Нижегородской) области.
    Стихи пишет со школьных лет, первые публикации были в 2000 году.
    Автор нескольких сборников стихов.
    Член Союза Писателей России с 2007 года.
    Лауреат литературных премий: им.Бориса Корнилова (2011г., г.Семёнов), "Болдинская осень" (2012г., г.Н.Новгород), "Навстречу дня" им.Б.Корнилова (2013г., Санкт-Петербург).
    Несмотря на зловещую 58-ю "политическую" статью, коснувшуюся его семьи, как и миллионов других семей, у Владимира своё видение на то нелёгкое, но славное время.
    В 14 лет после знакомства с творчеством Есенина по наитию взялся писать стихи.
    Читал Рубцова, слушал Высоцкого, Токарева, Новикова: "Влюбился в поэзию разом, понял - это моё…"
    Отслужил в Советской армии в 1991 году.
    Затем окончил Нижегородский строительный техникум.
    В 1999 году заочно окончил Педагогический университет.
    Отслужил в исправительной колонии строгого режима 17 лет, в должностях старшего психолога и старшего инспектора охраны. В настоящее время - майор в отставке.
    Особая субкультура колонийского офицерства, судьбы оступившихся "сидельцев" дали пищу для его творчества.
    Поначалу писал стихи по случаю присвоения званий сослуживцам, на вечеринки, на поселковый КВН: "Пока не встретились старшие товарищи по перу: Владимир Миронов, Константин Проймин, Владимир Жильцов, Валерий Шамшурин, Александр Тюкаев, которые открыли мне глаза, обозначили вектор направления".
    В 2000 году появляется его первая публикация в газете "Жизнь. Нижний Новгород". Это явилось большим стимулом. Далее вышли первые сборники стихов. Появились публикации в районных и областных газетах.
    Снимался в фильме к 100-летию поэта Б.Корнилова (ННТВ, май 2007г.), выступал на семёновском и нижегородском радио.
    В 2007 году был принят в Союз писателей России: "Мое кредо - писать о народе и для народа. Этого и стараюсь придерживаться".
    Автор шести сборников стихов.


        Новая книга стихов Владимира Решетникова "Вязь":




Стихи из сборника "Вязь":

   
 Сторона

 Сторона моя глухая:
 Хлябь заброшенных дорог…
 Сколько раз такую хаял,
 Но расстаться с ней не мог.

 Я как будто бы прикован
 Цепью к здешним лагерям,
 Слышу за стеклом оконным
 Вой сирены по утрам.

 Поднимаюсь как по зову,
 Зову вечному сродни —
 Километрами до зоны
 В годы складывались дни…

 Всё железные заборы
 По пути, куда не кинь.
 Прогудит нечастый скорый —
 Из Москвы да на Пекин.

 Те заборы порыжели
 Над болотною водой.
 Будто сплю я: неужели
 Это было всё со мной?

 Ветер воет: «Было, было,
 Как без пятнышка была,
 Помнишь, дедова кобыла
 Ослепительно бела.

 Распрягал её и помер
 Дед, упав под тёплый пах…
 А «Мурзилки» свежий номер,
 Помнишь, вкусно краской пах?

 Бабы Дусина духовка,
 Раскалённая с утра,
 Пирогом манила: «Вовка,
 Просыпайся, есть пора!»

 И большие апельсины,
 Рубель сорок за кило,
 Мама резала красиво,
 В блюдце с ножика текло.

 Помню, как девчонки — цацки
 Обзывались — «Решето!»
 И ремень отца солдатский —
 За промокшее пальто.

 Помню это, как не помнить?
 Память детская свежа.
 Под ногою правой — комья,
 А под левою — межа.

 Что левее – к сердцу ближе:
 Языком рассветных рос
 Мне трава ладони лижет
 Всё равно что верный пёс.

 На ветру пригнулись травы,
 Я к родной земле присел:
 Почерствели комья справа,
 На запретной полосе.

 Но запреты все, откроюсь,
 Мне до спазма глотку жмут,
 Для поэта выше — совесть,
 Только совесть – высший суд.

 Выше и холёной чести,
 Выше, чем любая власть.
 Не лукавлю - чтоб на месте
 Провалиться и пропасть!

 Пусть мои слова простые —
 Тем сложнее между строк:
 Почему сердца остыли
 У заброшенных дорог,

 У заборов у железных
 Стороной ли этой, той?!
 Если я сейчас полезу,
 Часовой окликнет: «Стой!»

 Если ж ринутся оттуда —
 Автомат прожжёт насквозь…
 Ветер шепчет как иуда:
 «Уезжай отсюда, брось…»

 Сторона моя глухая,
 В хлябь размытая ручьём!
 Сколько б я тебя ни хаял –
 Не виновна ты ни в чём.

 Видно уж судьба такая:
 Мы греховностью своей
 В землю сами же втыкаем
 Вышки здешних лагерей.

 Потому меня коробит,
 И на сердце тяжкий груз.
 За себя, за этих – в робах,
 Как умею, помолюсь:

 Руки в стороны раскину,
 Всё отбросив на потом,
 И паду в траву на спину
 Осеняющим крестом.

 ***

 Воля

 Верую в Бога как в разум
 Высший – начало начал,
 Но, к сожаленью, ни разу
 Господа не повстречал.

 Пусть я потом не миную
 За богохульство суда,
 Более в волю стальную
 Верю и верил всегда.

 Фразы годами избиты,
 Все-таки их повторю:
 «Он» выходил на орбиту,
 Перегоняя зарю.

 «Он» через Северный Полюс
 Соколом в Штаты летал…
 Вязнув в болотах по пояс,
 Тонны укладывал шпал.

 Падая под Сталинградом
 На окровавленный снег,
 «Он» не мечтал о наградах…
 Имя его – Человек!

 ***

 Шельма

 В большом дворце, посередине
 Растянут лозунг кумачом:
 «Народ и партия едины!»,
 А ниже – в шляпе Горбачёв.

 Ну как же так? – не разглядели,
 В плену словесных заковык,
 Какой он есть на самом деле –
 Ненастоящий большевик.

 Господь недаром метит шельму –
 Под шляпою и метка есть,
 Врагу он продал нашу землю,
 А с нею – «совесть, ум и честь!»

***

 Лес и поле под небом серым

 Лес и поле под небом серым,
 Зябнет в стылом тумане село…
 Невозможно прожить без веры,
 Да и веруя жить тяжело.

 Тяжело наблюдать вот эти
 Неживые жилые дома,
 В них давно поселился ветер,
 Захвативший добро задарма.

 Растворились, куда-то делись
 Обитатели здешних мест,
 И коррозия, словно ересь,
 Объедает церковный крест.

 А ведь жили когда—то, жили
 Добры молодцы – только держись!
 Не жалея своих сухожилий,
 Обустроили новую жизнь.

 Помню, раньше гордились ими,
 И под знаменем красным одним
 Мы у каждого знали имя,
 И фамилию и псевдоним…

 Их неверия кара настигла,
 Как провидец давно предрекал,
 Звезды падали, словно иглы
 На последнего из могикан.

 Свежий ветер туман рассеял,
 Я узрел голубую даль —
 Вспомнил заповедь по Моисею,
 Мол, кумира себе не создай.

 Лес и поле под небом серым,
 Оживет ли родное село?
 Парадокс, но дойти до веры
 Все ж неверие нам помогло…

 ***

 Когда иду я по проспекту…

 Когда иду я по проспекту
 Иль по деревне босиком,
 Меня не бесит, если некто
 Чужим глаголет языком.

 Ну может быть чуть-чуть растерян,
 Что не могу его понять,
 Прикинусь я глухой тетерей
 С довольной гордостью за «Ять».

 Но если вижу «Шопы», «Меги» -
 Чужие надписи витрин,
 То в гневе закрываю веки,
 Представив надпись «Магазин».

 О, русские смотрите в оба! -
 С душевной нашей простотой
 Не уступить бы русофобам
 Всю речь по букве по одной…

 ***

 Песню, прошу, затяни…

 Песню, прошу, затяни,
 Чтобы слезу вышибало.
 Мы в этом мире одни,
 Нас в этом мире не мало.

 Много таких – посмотри:
 По городам и по селам,
 Черных от боли внутри,
 С виду хмельных и веселых.

 Сколько ж раздора кругом!
 От нищеты и от денег.
 Станет заклятым врагом
 Друг. И до нитки разденет,

 Дети отца обвинят,
 Мать отречется от крохи…
 Тлеющий западный смрад
 Русского душит на вдохе.

 Грезим о дальнем, большом,
 В близком теряясь и в малом.
 Черпаю брагу ковшом,
 Песню тяни, запевала!

 Песня твоя хороша…
 Льется сама, без усилий,
 Птицей взметнется душа
 Над необъятной Россией.

 Милая! Как ты больна!
 В рытвинах русское поле…
 Сколько же надо вина,
 Чтобы тебя обезболить?!

***

 СЕМЁНОВ

 Зазывая к себе перезвонами,
 Этот город пяти площадей
 Вдохновляет резными узорами
 И прохладой зелёных кудрей.

 Снисходительно старое к новому,
 Ищет новое в старом ответ.
 Неустанно во славу Семёнова,
 Здесь творят и ложкарь, и поэт.

 Пахнет липой и квасом на солоде,
 Я по улицам светлым пройдусь…
 Отражается в маленьком городе
 Вся святая великая Русь!

 Так давай же согреемся, милая,
 После долгой разлуки – зимы
 Жарким словом Бориса Корнилова
 И огнём золотой хохломы.

 ***

 Ты ещё надеешься на чудо…

   Мой друг утверждает, что под пивной пробкой 
 можно обнаружить денежный приз… 

 Ты ещё надеешься на чудо:
 Под пивную пробку заглянув,
 Ждёшь — пождёшь, что выглянет оттуда
 С тысячной купюры острый клюв.

 Мало, дорогой, тебя клевало
 Все лихие девятнадцать лет,
 Если жаждешь дармового «нала»,
 А его как не было – и нет.

 Помнишь, как взлетел музейный орлик,
 Помнишь, за бананы и хурму
 Всю страну по ваучеру спёрли,
 Хоть вставай и сызнова штурмуй…

 Лучше верь, что беспредел не вечен –
 Засияет звёздами рубин.
 И свою измученную печень
 «Лотерейным» пивом не губи.

 ***

 Воля

 Верую в Бога как в разум
 Высший – начало начал,
 Но, к сожаленью, ни разу
 Господа не повстречал.

 Пусть я потом не миную
 За богохульство суда,
 Более в волю стальную
 Верю и верил всегда.

 Фразы годами избиты,
 Все-таки их повторю:
 «Он» выходил на орбиту,
 Перегоняя зарю.

 «Он» через Северный Полюс
 Соколом в Штаты летал…
 Вязнув в болотах по пояс,
 Тонны укладывал шпал.

 Падая под Сталинградом
 На окровавленный снег,
 «Он» не мечтал о наградах…
 Имя его – Человек!

 ***

 Нафасонила брови дугой

 Нафасонила брови дугой,
 Натянула сапожки из замши,
 И поехала в город другой,
 Ничего никому не сказавши.

 Ну, а там, в городской суете,
 В ослепительном блеске соблазнов
 Ей встречались, но только не те –
 Говорившие много о разном…

 А когда возвращалась она,
 На сапожках заметила пятна:
 От вкушённого то ли вина,
 То ль ещё от чего… непонятно.

 Непонятность любви: почему
 В сотый раз за разрывом начало?..
 Позвонила с вокзала ему,
 От которого в город умчалась.

 ***

 Нет ни ангела рядом, ни матери

 Нет ни ангела рядом, ни матери –
 С головы беззащитен до пят.
 Только взгляд предо мною внимательный
 Мой пронзает растерянный взгляд.

 Как отрадно, что взглядами встретились
 На просторах бескрайней Руси.
 Упаси, провиденье, от третьего,
 И от третьей, прошу, упаси…!

 ***

 Милая, что мне останется

 Милая, что мне останется,
 Если однажды уйдёшь? –
 Листья, кружащие танцами
 Под изнуряющий дождь.

 В серое небо, безмолвное,
 Сколько бы я не кричал,
 Эхо тяжёлыми волнами
 В сердце нагонит печаль.

 Милая, что же останется,
 Что же останется мне?! –
 Жизнь, что безрадостно тянется
 На опустевшей земле.

 ***

Встретились они совсем случайно

 Встретились они совсем случайно
 На площадке лестничной в ДэКа:
 Он курил, она пакетик чайный
 Шпарила в стакане кипятка.

 Говорили обо всем на свете,
 Говорили, чтобы не молчать,
 На лице румяном он заметил
 Тайного желания печать.

 Всякая случайность не случайна,
 Вероятность встречи велика –
 Оказался тот пакетик чайный
 В пепельнице около бычка.

 Две стихии, разные, по сути:
 Влаги аромат и пыл огня…
 Что же было дальше? – дорисуйте
 Вы картину эту за меня…

 ***

 Думы

 Он думал за соседа сверху,
 Когда ложился на балкон
 Табачный пепел, словно перхоть —
 О нравственности думал он!

 И, замечая где-то если
 Бардак и дел невпроворот,
 Он за чинушу в мягком кресле,
 Конечно, думал про народ.

 Он думал за кого не надо –
 За разжитателей войны,
 Ведь под обломками Багдада
 Кричал малыш чужой страны.

 И даже взвыв мигрень–сиреной,
 Когда извилины свело,
 Он думал за и о вселенной!
 И, Боже, чуть – за НЛО!

 Но ничего-то не менялось,
 И без надежды на успех
 Поэт ещё подумал малость –
 И пепел начал падать вверх!..

 ***

© Николай ДЕНИСОВ, 12 декабря 2000 г.